Укрепление технологического суверенитета России Президент Владимир Путин неоднократно называл решающим фактором для обеспечения экономической и политической независимости государства. Ученые АО «Научно-исследовательский институт технической физики и автоматизации» (АО «НИИТФА», входит в Научный дивизион госкорпорации «Росатом») работают над первым российским магнитно-резонансным томографом, который на 95% будет состоять из отечественных компонентов.

В 2026 году институт, основанный 6 октября 1960 года, отмечает 66-летие. Какое еще уникальное оборудование создают в лабораториях АО «НИИТФА», и почему молодые исследователи стремятся работать в «Росатоме»? На эти вопросы Наука.рф ответил кандидат технических наук, генеральный директор АО «НИИТФА» и специалист в области физического материаловедения, оптики и вакуумной техники Дмитрий Чесноков. Ученый также поделился, как ему удается совмещать научные исследования с руководящей должностью.

 — Дмитрий Андреевич, расскажите, пожалуйста, о спектре исследований Вашего института.

 — Назову два основных вектора: это ядерное приборостроение и ядерная медицина. Первое направление включает наши исследования, построенные на работе с ионизирующим излучением, а именно с детектированием этого излучения. Например, в числе наших разработок концентратомер бора НАР-12М, которым оснащены не только все российские атомные станции с водо-водяными энергетическими реакторами (ВВЭР), но и большинство зарубежных станций в Китае, Индии, Болгарии, Иране и в других странах. Наши дефектоскопы используются в сфере неразрушающего рентгеновского контроля для выявления различных дефектов без нарушения целостности и работоспособности объектов исследования. Из ядерного приборостроения развилось второе направление — ядерная медицина, ионизирующее излучение стали применять для медицинской диагностики и терапии.

 — Конечно, наши ученые разработали гамма-терапевтический комплекс для изотопной брахитерапии «Брахиум» — это глубокая модернизация советской разработки гамма-терапевтического комплекса «Агат». Прибор работает на основе горячих (радиоактивных) изотопов: кобальта-60 (Co-60) и иридия-192 (Ir-192). Комплекс предназначен для лечения онкологических заболеваний посредством контактной лучевой терапии, при этом на здоровые ткани оказывается минимальное воздействие. Нашим прибором оснащены онкологические диспансеры. Кроме того, по проекту Научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ наш институт создает первый отечественный магнитно-резонансный томограф с индуктивностью поля 1,5 Тесла. В этом году мы завершаем комплекс клинических испытаний, а в конце года либо в первом квартале 2027 года получим регистрационное удостоверение Росздравнадзора, чтобы выводить прибор в открытую продажу. В 2027 году три аппарата в рамках опытной эксплуатации будут поставлены на российский рынок.

 — Каким образом создание первого российского МРТ решает задачи технологического суверенитета?

 — Вопрос технологической независимости при создании первого отечественного МРТ мы решаем посредством реализации дополнительного блока опытно-конструкторских работ. Адвалорная доля (процент стоимости импортных компонентов в конечной цене изделия) нашего прибора значительно понижена, он на 95% будет изготовлен из отечественных компонентов. Это позволяет нам нивелировать риски, связанные с санкционным давлением. Но отмечу, что наша позиция не подразумевает абсолютного отказа от зарубежной продукции и технологий, мы стремимся к их выверенной интеграции в наши производственные цепочки. К сожалению, ранее у нас действительно был неудачный опыт, когда некоторые разработки мы были вынуждены закрыть по причине недоступности отдельных технологических компонентов иностранного производства. В связи с этим сегодня мы выстраиваем производственную политику таким образом, чтобы в условиях неопределенности при нашей готовности к сотрудничеству с иностранными партнерами наши исследования не подвергались каким-либо манипуляциям извне.

 — Как Вы планируете развивать производственную базу отечественного томографа?

 — В планах у нас создание Центра компетенций по магнитно-резонансной томографии. Он будет включать научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, а также серийное производство. Объединив цифровые технологии с магнитно-резонансной томографией, мы будем улучшать качество изображения за счет совершенствования математического аппарата и работы с сигналом.

 — Технологии и медицинское оборудование для диагностики Вас интересовали и ранее. Как Вы разработали технологию изготовления рентгеновского излучателя для компьютерного томографа и ангиографа?

 — Этой разработкой я занимался еще до того, как возглавил АО «НИИТФА». На тот момент я работал инженером в лаборатории физических методов исследований в научном институте «Росатома» в Подольске. Меня заинтересовала эта сфера, поскольку методы рентгеновской диагностики, магнитно-резонансной томографии крайне востребованы в медицине. От качества этих исследований нередко зависят жизни пациентов. Мы с моей научной группой изучали эмиссионные свойства тугоплавких материалов, в частности вольфрама (W), тантала (Та), молибдена (Мо), широко применяющихся в рентгеновской технике. Из этих материалов изготавливали составные части для рентгеновского оборудования, такие как эмиттер — источник электронов, анод — мишень для приема электронов. Из них можно собрать рентгеновскую трубку для получения рентгеновского изображения.

 — Какие еще методы Вы применяли?

 — Для меня были важны исследования, связанные с холодной (автоэлектронной) эмиссией. Мы наносили на различные поверхности углеродные нанотрубки, и затем за счет подачи высокого напряжения, разности потенциалов между катодом и анодом, получали рентгеновское изображение. Чтобы протестировать наши разработки, я даже покупал на рынке куриные крылья. В лаборатории ломал в них кости, а после делал снимки, апробируя качество изображений нашей установки.

 — А почему Вы решили стать ученым?

 — На самом деле, я не собирался, но так сложились обстоятельства. В моем родном Челябинске я учился в физико-математическом классе, успешно принимал участие в различных олимпиадах по физике и математике. По окончании 11 классов прошел конкурс во все ведущие региональные вузы. Но когда в одной из газет вышел рейтинг передовых российских учебных заведений, который возглавляли МГУ, Физтех и Национальный исследовательский ядерный университет «МИФИ», родители посоветовали мне обратить внимание на последний. Мне удалось достаточно легко туда поступить, и я начал учиться. Отмечу, что большой вклад в мое становление как инженера в университете внес профессор Михаил Львович Таубин, доктор технических наук, читавший нам лекции и консультировавший на этапе написания выпускных квалификационных работ.

 — Чем обусловлено Ваше решение строить карьеру в «Росатоме»?

 — Я окончил университет по специальности «Физика металлов» с квалификацией инженер-физик, на тот момент я уже работал инженером-проектировщиком в московской телекоммуникационной компании. Мой научный руководитель Антон Андреевич Ясколко предложил мне поработать в госкорпорации. Придя в коллектив, я понял, что мне нравится исследовательская работа, у меня появились практические результаты. Все это сподвигло меня написать диссертацию, а затем продолжить работу уже на позиции руководителя в АО «НИИТФА».

 — Вам сложно давался переход на должность генерального директора?

 — Напротив, мой опыт инженерно-технической работы в сфере прикладных научных исследований стал дополнительным преимуществом. Он позволяет мне говорить на одном языке с инженерами, научными сотрудниками, разработчиками нашего института, и как результат — сообща более эффективно решать поставленные перед нами технические задачи. Работа ученым дала мне полезный навык — постоянно заставлять свой мозг работать, что сегодня на позиции гендиректора помогает выстраивать связи между научно-прикладными разработками, инженерно-техническими задачами и алгоритмами управления. К тому же, возможность иметь собственную экспертную оценку позволяет более объективно оценивать результаты работы нашего института.

 — Как одно из самых перспективных направлений отмечу биофабрикацию. Актуальность данной технологии обсуждали еще в феврале 2026 года на Форуме будущих технологий при участии Президента Владимира Путина. Главной темой тогда стали вопросы биоэкономики, то есть модели, основанной на использовании возобновляемых биоресурсов и биотехнологий. Современные исследования доказывают, что эта модель станет драйвером развития экономики в ближайшие десятилетия. Поэтому по направлению биофабрикации и регенеративной медицины мы создаем сегодня специальные остеотропные покрытия, живые эквиваленты тканей, органов, используя цифровые модели физических полей, различных биоматериалов, в том числе биоматериалов пациентов.

 — Ваши исследователи применяют аддитивные технологии?

 — Конечно, направление биофабрикации открыло для нас такую интересную сферу исследований как печать имплантатов. Конкретнее — мы применяем аддитивные технологии производства имплантатов для человека. Сейчас перед нами стоит задача по созданию Центра компетенций по аддитивному производству, который бы включал в себя проектирование нестандартного оборудования и применение этого оборудования в целях печати имплантатов для пациентов.

 — Какие еще проекты в приоритете у Вашего института?

 — По направлению ядерной медицины мы планируем развивать линейку диагностического оборудования, например, есть проект создания приборов для дистанционной лучевой терапии. Однако ядерное приборостроение будет развиваться не только в контексте атомной энергетики, но и по направлению перспективных энергетических установок, включая реакторы новых поколений. В частности, в Томской области, в Северске, по проекту «Прорыв» строят реактор IV поколения на быстрых нейтронах — БРЕСТ-ОД-300 (Быстрый Реактор Естественной безопасности со Свинцовым Теплоносителем). Для этой установки мы изготавливаем подвески для контроля нейтронного потока. Брест-ОД-300 является прототипом коммерческого реактора БР-1200, запуск которого запланирован на 2038 год.

 — Насколько востребована сегодня продукция АО «НИИТФА» на международном рынке?

 — На данный момент мы поставляем оборудование в Народную Республику Бангладеш для многопрофильных центров облучения на базе изотопа Co-60 для модификации различных материалов, включая полимеры, в целях научных исследований. Во-вторых, наши поставки боромеров актуальны для республиканской АЭС «Руппур» с реакторами ВВЭР-1200.

 — Как Вы интегрируете разработки института с задачами Научного дивизиона «Росатома», в который входит АО «НИИТФА»?

 — В качестве примера такой интеграции, кроме нашего флагманского продукта — концентратомера бора НАР-12М, можно привести ионизационные камеры — детекторы ионизирующего излучения для систем управления, защиты и диагностики ядерных реакторов. Также мы производим счетчики Гейгера-Мюллера, использующиеся при изготовлении различного дозиметрического оборудования для контроля нейтронного потока при управлении реакторной установкой. Госкорпорация «Росатом» — глобальный технологический лидер, который постоянно наращивает портфель уникальной продукции. Поэтому мы стремимся развивать новые направления, плотно сотрудничая с другими предприятиями Научного дивизиона и опираясь на наши научные школы, компетенции и разработки. У нас, например, постоянно проходят научно-технические советы, позволяющие нам вырабатывать единую стратегию развития.

 — На Ваш взгляд, что сегодня может привлечь молодых людей в науку?

 — Мне довелось провести очень много собеседований, и я вывел для себя как для работодателя совокупность трех факторов. Первый — уровень сложности и значение решаемой научно-технической задачи. Второе — арсенал аналитического оборудования и оснащения, который будет в распоряжении исследователя. Третий фактор — достойный уровень денежного вознаграждения и социальные гарантии. Эти три компонента мотивируют молодых людей приходить в науку, а в дальнейшем — стимулируют их к развитию.

 — Какие качества необходимо развивать в себе начинающему ученому?

 — Для личной реализации молодому исследователю необходимо обладать такими качествами, как любопытство и стремление к расширению знаний. Думаю, что эти черты позволяют человеку постоянно учиться и совершенствовать свои компетенции.

 — А что помогает Вам находить баланс между работой и отдыхом?

 — Лично у меня нет четкого разграничения на рабочее и свободное время. Мне ближе гибридный формат, когда задачи решаешь в моменте. Я спокойно могу подключиться к решению рабочих вопросов и в нерабочее время. Работа приносит мне удовольствие, поэтому мой ритм для меня комфортен. Наверное, меня мотивирует наличие нематериальных составляющих, таких как постоянный научный поиск, новые идеи, чтение необходимой литературы — все это делает работу интересной. Свободное время мне нравится посвящать вождению, люблю автопутешествия, они позволяют мне отвлечься. К слову, одна из моих долгосрочных научных целей — разработка силовой установки на базе высокоэффективного ядерного источника питания (бетавольтаического элемента) для применения в легком автомобильном транспорте. А для того, чтобы разгрузить голову после напряженной рабочей недели, хорошо помогает спорт: бег, плавание и езда на велосипеде. Я предпочитаю много и интенсивно работать и активно отдыхать!

Беседовала Светлана Минеева