Археологи объяснили назначение древних резцов каменного века

Костенки-17 — это один из ключевых археологических памятников не только для России, но и для всей Восточной Европы. Он расположен в Воронежской области и относится к эпохе верхнего палеолита. Главная ценность этой стоянки в том, что она многослойная: на разных глубинах сохранились следы нескольких эпизодов заселения, разделенных во времени. Иными словами, люди приходили сюда не один раз, и каждый период оставил свой культурный слой, насыщенный находками.

Самый выразительный и известный из них — второй. Его возраст составляет около 41–42 тысячи лет. Это делает Костенки-17 одним из древнейших памятников верхнего палеолита в Восточной Европе. В слое памятника найдены не только каменные орудия, но и украшения из клычков песца, окаменелых моллюсков мелового периода, а также орудия из кости и бивня.

Одно из самых распространенных каменных изделий, найденных на памятнике, — это резцы. Традиционно археологи считали их орудиями, предназначенными для обработки дерева, кости или рога. У такого орудия есть прямая режущая кромка, и во многих коллекциях резцы встречаются вместе со скребками, долотовидными орудиями и другими типами. Однако на Костенках-17 резцы стали доминирующим типом инструментов. Это еще в середине прошлого века породило теорию: возможно, часть этих «резцов» — не орудия, а нуклеусы, с которых специально скалывали мелкие пластинки для последующего использования.

В последние десятилетия в археологии наметился большой тренд на пересмотр таких формальных определений. Особенно это коснулось памятников начала верхнего палеолита во Франции и на Ближнем Востоке. Там многие предметы, похожие по форме на резцы или скребки, после детального изучения оказались специализированными нуклеусами для получения микропластинок. Ученые, работающие на Костенках-17, проверили, не происходит ли то же самое и здесь.

«Мы провели детальное исследование около 100 резцов и примерно 500 микропластинок — узких сколов, которые древние мастера скалывали с нуклеусов. Было изучено более десяти параметров каждого предмета: углы скалывания, негативы снятых сколов, параллельность граней, последовательность скалывания», — сказал младший научный сотрудник Отдела палеолита ИИМК РАН Антон Лада.

Оказалось, что на многих предметах хорошо видна четкая этапность: сначала снимается один скол, потом другой, причем форма изделия специально поддерживается. У настоящих орудий-резцов угол рабочей кромки обычно тупой или близок к прямому, а негативы сколов более аморфные. В данном же случае угол острый — именно такой, какой удобен для получения заготовок.

Вместе с тем, в ходе трасологического анализа на резцах не нашли ни царапин, ни заполировок — ничего, что неизбежно появляется при работе по кости или дереву. Из этого можно сделать вывод, что этими предметами не работали. Дополнительно авторы исследования сопоставили форму самих микропластинок со сколами с резцов — и получили полное совпадение.

Авторы исследования самостоятельно повторили технологию такого скалывания. Выяснилось, что с одного такого резца-нуклеуса можно получить до 15 микропластинок, а если над этим работает мастер, то и более. Это объясняет, почему микропластинок на памятнике больше, чем резцов.

Таким образом, исследователи пришли к выводу: найденные в Костенках-17 резцы были нуклеусами для получения микропластинок. Сами же микропластинки служили заготовками для вкладышей в составные орудия. Вероятно, их вставляли в костяные или деревянные оправы и использовали для тонкой обработки — возможно, как лезвия.

Технология получения микропластинок с помощью таких резцов-нуклеусов оказывается характерной для самого начала верхнего палеолита. В узком хронологическом промежутке между 43 и 39 тысячами лет назад она прослеживается не только в Костенках, но и на археологических памятниках Франции и Ближнего Востока. Однако, возникнув почти синхронно на огромной территории, эта специфическая технология также стремительно исчезает из обихода древних мастеров около 39-38 тысяч лет назад.

Результаты исследования опубликованы в Stratum Plus.